Познакомилась с мужчиной необычных взглядов. Встретились. Не знаю уж – продолжать ли встречи

Познакомилась с мужчиной необычных взглядов. Встретились. Не знаю уж – продолжать ли встречи post thumbnail image

Познакомилась Лариса однажды с довольно привлекательным мужчиной. Он собственный ларек с продуктами имел и харизму характера.

По объявлению в газете познакомились. “Необычных взглядов и роскошной наружности господин познакомится с уравновешенной и одинокой дамой”. Так в том объявлении сказано было. А Лариса одинока была.

И мужчина этот на первой их встрече сразу представился.

– У меня, – Василий про себя рассказывал, – интереснейшая идеология. Сразу о ней вас искренне предупреждаю. Являюсь я человеком широких взглядов. Можно сказать – самых передовых. И по жизни рассматриваю отношения сугубо свободные. Чтобы никто у меня на брючине не висел, а уважал и поддерживал мое миропонимание. Это я про женский ваш пол сейчас говорю. Я ограничений не приучен иметь ни в чем. Штанов на голове я, конечно, не ношу. И сумасбродств особых не вытворяю – хоть и хочется иногда. Но держать любовные отношения с единственной женщиной никогда в жизни не практиковал. Для меня это даже нонсенс. Все мы люди свободные по праву рождения. И можем всякие ширли-мырли заводить с каждой понравившейся симпатией. Я хоть и женатый юридически человек, но очень уж вольнолюбивый. И моя супруга взгляды эти решительно разделяет. Живем уже пятнадцать лет в такой манере. А вы мне, Лариса Петровна, такие симпатичные. Есть к вам у меня стремление души и тела. Давайте же дружить и наслаждаться друг дружкой всласть.

Лариса, само собой, таким передовым человеком не была. И мужа своего бывшего выставила из дому как раз из-за любви к посторонним дамам. Но к Василию присматривалась. “Замуж я, – думала она, – более цели не имею. Но и в одиночестве каркать надоело. Пусть-ка будет друг для души. Станем время совместное проводить. Лет этому кадру уже довольно многовато – вон лысина и брыльки имеются. Из чего вывод делаем, что навряд ли он гарем держать имеет возможность. Пусть жена будет для хозяйства, а я – для бессмертной души. А далее поглядим куда ляжет карта. Получше кандидаты все равно хороводов подле меня не водят”.

И вот второе свидание у них происходит. В кафе пошли – кофе пить и беседовать о всякой романтике.

А Василий на этом свидании вдруг нервный какой-то сидит. За телефон хватается, ногами дергает и руками салфетки теребит. Озирается еще по сторонам этак озабоченно. А аппарат телефонный у него звонит каждые пять минут.

– Да по работе тревожат, – Василий с досадой объясняет, – никакого спасу просто. Ничего без хозяина решить не умеют! Хотя я и предупредил всех – не тревожить меня пустяками. Буду, мол, с симпатией встречаться, поскольку человек передовых взглядов. А они, бестолковые головы, тревожат и тревожат.

Тут у Василия телефон в очередной раз зазвонил. Он в трубку и шепчет:

– Очень уж занят я сейчас – служебные дела. Служебные, понимаешь?!

А сам потеет и краснеет лицом.

– А как же супруга ваша, – Лариса интересуется осторожно, – терпит похождения этакие? Неужто и не волнуется даже?

– Не волнуется ни грамму, – Василий быстро отвечает, – она давно ко всему привычная. Не хочу, говорит мне супруга, портить тебе жизнь истериками и скандалами по разным поводам несущественным. Гуляй, мол, Вася!

– И не ревнует ни капельки? – Лариса аж рот приоткрыла – так ей происходящее удивительно было.

– Тю, этого и вовсе никогда! Вообще не ревнует, – Вася поясняет про жену, – ревностям всяким неуверенные в себе люди повержены. А мы – иное дело. Очень в себе уверенные. Прямо вот самооценка огромная у нас. Передовые взгляды, что тут поделаешь.

– И супруге вашей позволено, – Лариса все удивляется, – похождение иметь? Прямо вот романы крутить на стороне? Прямо вот на глазах крутить чтобы?

А телефон все звонит у Василия и звонит. А он сердится и отвечать не хочет: надоели ему работники из ларька! Но изредка и отвечает все же:

– И все еще немного занят. Скоро буду.

Или:

– Уже выезжаю.

Или:

– Уже в парадной.

Иногда в этой трубке шумы и возня слышатся. А Василий тогда еще больше потеет и на часы поглядывает. И про следующую встречу романтическую договаривается.

– Давайте, Лариса Петровна, не будемте тянуть кота за хвост. Давайте в пятницу с утра утонем с вами в экстазе. Прямо вот к девяти ноль-ноль. Часа нам за глаза хватит поговорить о чувствах.

Говорит, а сам суетится. И телефон у него даже красным сделался – так уж в магазине бестолковые ничего не знают, так уж им Василий требуется. Раскалился аппарат этот.

На улицу они вышли. И к остановке трамвайной идут рядышком. Василию опять из ларька телефонируют.

И слышит Лариса: в трубку женщина кричит какая-то.

– Василий, – женщина кричит, – где тебя черти носят?! У меня малой Антошка на руках кричит, а Тимошка обои пакостит. Подросток Гена снова курит на балконе. Нет на них отцовой руки. А ты, негодяй, вновь на работе своей проклятущей! Неужто, опять выгнать собираются? Или вовсе не на работе? Или по женщинам опять кобелить вздумал?! Учти – я более таких матрешек не потерплю. Прямо вот сейчас чемодан твой к двери входной тащу! И сковороду держу в руке. В той, которая малым Антошкой не занята!

А Василий на Ларису взглянул и руками развел.

– Ах, ошиблись номером, – говорит, – надо же! Вот какому-то тезке прилетит сегодня. Ах, какое же счастье, что не мне прилетит. Как же это великолепно совместно с супругой передовых взглядов придерживаться!

И убежал – трамвай его подошел. На прощание Ларисе ручку поцеловал. “Мон плезир, – с подножки трамвая приглушенно кричит, – ожидайте нашей пятничной феерии!”.

Ошибка

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Post

Не могу выпросить кольцо у парня: живу с ним безвозмездно, то есть даромНе могу выпросить кольцо у парня: живу с ним безвозмездно, то есть даром

Они ехали в трясущейся маршрутке с рынка на самой окраине города. Рынок по причине удаленности славился низкими ценами буквально на все. Народу в маршрутке было больше, чем ей было полагалось:

Мое разбитое корыто. Куда приводят мечтыМое разбитое корыто. Куда приводят мечты

Лариса Шлапак всю молодость завидовала черной завистью своим бывшим однокурсницам. Не всем, но тем немногим, которые после окончания института не осели в их периферийном городе, а двинулись на завоевание столицы.