Обзаксились и разбежались. Что думали о браке комсомольцы 20-30-х годов?

Обзаксились и разбежались. Что думали о браке комсомольцы 20-30-х годов? post thumbnail image

В 20-30-е годы годы в Советском союзе созидался “новый человек” – идеальный строитель нового общества, ориентирующийся сугубо на общественные цели и интересы. Долой собственнические инстинкты и частную собственность! Долой церковные праздники и кухонное рабство!

Но “новый человек” созидался с очень большим скрипом – “личное” из него не выбивалось. Утопическая идея “идеального строителя” противоречила тяжким реалиям жизни людей: с неустроенным бытом, крайне стесненными жилищными условиями, низким уровнем образования и культуры, недоступностью медицинской помощи.

Письмо студента Миронова, написанное в 1928 году, озвучило “вечный и проклятый вопрос” целого поколения. И вопрос этот касался обустройства нового быта. Как увязать жизнь личную с жизнью общественной? Ведь партия, по сути, являвшаяся “третьей” в союзе мужчины и женщины, требовала ответа: и за выбор “классового” партнера, и за воспроизводство/воспитание детей, и за соответствие образу строителя коммунизма.

Студент-медик Миронов выхода из сложившейся ситуации для себя не видел, а брачные отношения его пугали. Отношения между полами, размышлял он, должны строиться так, чтобы содействовать успешному строительству социализма, а никак уж не мешать ему.

Но как подобное применить на практике?

Комсомолец, коммунист любую гражданку рассматривает, прежде всего, равным себе товарищем. А чрезмерное увлечение половыми вопросами попахивает буржуазным разложением. Но как справляться с природой? И как, интересовался студент, возможно в юности выбрать ту самую, с которой союз будет долговременным? Ведь чувства – материя хрупкая. И не всегда здесь получается “огромная поэма любви”.

“ Я сам знаю случай, – писал Миронов, – когда дивчина, которая очень любила парня, ушла потому, что он… храпел. Я жил с ним до того с месяц, и это была чистая мука: невозможно уснуть – как пила по стеклу. Другой случай. Полюбил парень девушку. Долго ее охаживал, больше года. Сошлись, обзаксились и уехали в деревню к ее родным на каникулы. А вернулись порознь, он на неделю раньше, и как бы между ними ничего не было”.

Во втором случае причина разрыва – утаенная болезнь девушки, от которой та облысела. И носила накладную косу. На каникулах секрет, видимо, открылся.

Да и сам брак, считал юноша, облегчения никому не приносит. А дает только одно – заботы да хлопоты. Сходиться надолго хорошо тем, у кого заработок и квартира. Для прочих же – сплошное мучение. Женщина партийная, заимев в браке ребенка, отходит от общественной работы. Ей некогда. И вновь она возвращается под гнет презираемого домашнего рабства.

Молодой отец, опасаясь осуждения заводской ячейки, в быту жене своей совсем не помощник. Не пришел на собрание – получи выговор и насмешки товарищей. А если детей несколько? Тут и вовсе наступает мрак.

“Не все могут нанимать прислугу, а без этого жена неминуемо превращается в домашнюю скотину. Иногда этот процесс длится довольно долго, женщина сопротивляется, но жизнь берет свое, и понемногу, шаг за шагом, женщина теряет свою общественную физиономию, сохраняя свое индивидуальное лицо лишь… в ссорах с мужем. И начинается борьба в четырех стенах”.

А еще страшнее, если жена – беспартийная. Супруга она затянет в “мещанское болото”. “И чем умнее и “культурнее” мещанка, тем легче ей удается опутать и отравить всяческими “семейственными” ядами мужа – коммуниста”.

Миронов приводит в пример своего товарища, которого жена успешно утянула в быт. Сын пролетария, ранее преданный боец революции, женившись, угодил в лапы махрового мещанства. И тревожило его с тех пор не строительство коммунизма, а ковры, буфеты, костюмы, кровать “с шишечками” и курорт для супруги.

“И лишь два раза в год, 26 октября и 1 мая, он на демонстрациях получит «вспрыскивание революционной бациллы», если… не удается избавиться от участия в демонстрации, сославшись на болезнь”.

Студент Миронов выхода для себя не видел. А власть – вполне: коллективный быт и коллективный отдых “нового человека”. Насыщенная общественная жизнь – когда и задуматься о себе некогда – успешно отвлекала бы его от личных проблем. А аборты, которые способствовали “легкомысленной половой жизни” запретили в 1936 году.

Но и эти меры оказались утопией.

Ошибка

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Post

Мария Спиридонова – первая жертва советской карательной психиатрииМария Спиридонова – первая жертва советской карательной психиатрии

Из “хорошей девочки” в “железную женщину с папиросой” Большую часть жизни тамбовская революционерка Мария Спиридонова провела по тюрьмам и каторгам. По убеждениям была истинной социалисткой. По происхождению – дворянкой. Арест

“Забавная свадьба” шутов при дворе Анны Иоанновны“Забавная свадьба” шутов при дворе Анны Иоанновны

Зимой 1740 года на реке Неве по велению Анны Иоанновны широко праздновалась свадьба придворных – шутихи Бужениновой и князя Михаила Голицына. Необычность празднеству придавало то, что бракосочетание происходило в ледяном

Сталин и Крупская

Почему Сталина обвинили в убийстве Крупской?Почему Сталина обвинили в убийстве Крупской?

Вдова Владимира Ильича скоропостижно скончалась 27 февраля 1939 года. Смерть ее произошла на следующий день после дня рождения. Накануне Надежде Константиновне исполнилось семьдесят лет. По огромной стране сразу поползли слухи