Дореволюционная женщина, как мы знаем, не имела даже удостоверения личности. Ее вписывали мужу в паспорт — наряду с малолетними детьми. Дочь, выйдя замуж, перекочевывала в паспорт к супругу. Не являясь самостоятельной единицей, женщина воспринималась только лишь “существом половым” и “придатком мужа”. Вся ценность ее сводилась к половому вопросу: целомудрию и воспроизводству детей.
Советская республика взяла курс на создание “нового человека” вообще, и “новой женщины”, в частности. Александра Коллонтай — первая женщина-министр и идеолог передовой «женской конфигурации» — женщину нового типа называла “холостой”.
“Женский вопрос — это, в конечном счете, вопрос куска хлеба”.
“Новая женщина” семьей не дорожит. А в идеале — и не создает. Семья холостой женщины — это коллектив. И вся ее психология — иная. Укоренение новой психологии, по мнению Коллонтай, могло бы длиться десятилетиями. А по итогу, на смену женской эмоциональности придет самодисциплина, покорность сменится решительностью, женщина уподобится мужчине.
Мужчина — отныне равный товарищ, а не властитель и господин. Жизнь такой женщины от горшков и прялки перемещается в библиотеку, агитбригаду, избу-читальню или на партсобрание. Холостая женщина горит работой. И места в ее сознании — сознании трудовой единицы — для семьи, понятное дело, не находится.
«Новая женщина» состоит в свободных отношениях, самостоятельно выбирает себе партнеров. При этом вполне приветствуется материнство, но только добровольное, не под гнетом общественной идеологии.
В повести Коллонтай “Большая любовь”, главная героиня Наташа, поступает именно так — выбирает дело. Семен Семенович, Сенечка — ее многолетний женатый любовник, “могучий мыслитель”. Супруга Сенечки — мещанка Анюта, занимающая умную голову мужа нелепой ревностью, хлопотами с детьми, жалобами на слабое здоровье. Семен Семенович жалеет Анюту — надежно скрывает любовницу, запрещает ей «светить лицом» на улицах в периоды выездных свиданий.
А Анюта по-бабьи сочувствует Наташе: “… жалко мне вас, голубушка. Все одна, без мужа, без опоры в жизни. Невольно жалеешь таких, как вы, одиноких, как будто никому не нужных женщин”.
Наташа предана делу — она горит совещаниями, борьбой с оппозицией, пишет книгу. Ей хочется, чтобы Сенечка любил в ней не женщину, а личность. Любовник, впрочем, не сильно серьезно относится к работе Наташи, не ведет бесед о деле, а чаще всего тащит ее в кровать. Редкие конспиративные встречи, оплачиваемые Наташей («захвати с собой капиталы»), не приносят ей утешения. Любовь к Семену Семеновичу угасает. А дело, долг, товарищи и борьба безраздельно выдвигаются на передний план.
Кстати, сама автор признавалась, что стать “новой женщиной” у нее лично не получилось — слишком большую роль в ее жизни играла “любовь со всеми своими разочарованиями, трагедиями и ожиданием неземного счастья”.